Пять самых громких дел 2017 года

 

18 декабря 2017 года апелляция оставила в силе самое неоднозначное решение по делу АФК «Система» и «Роснефти». По результатам опроса этот спор оказался самым популярным среди наших читателей. О нем и еще четырех обсуждаемых делах года — в нашем обзоре

Редакция журнала провела опрос среди читателей. В опросе было представлено пять судебных споров. Читатели отдали 38% голосов процессу «Роснефти» с АФК «Система». В этом деле все было неоднозначно с самого начала.

Противостояние сторон наблюдалось не только в зале суда, но и среди экспертов юридического сообщества. Апелляция долго рассматривала дело и после оглашения резолютивной части поблагодарила стороны за профессиональный процесс. Это выглядело как извинение. В итоге стороны решили закончить дело мировым соглашением.

Второе место по итогам голосования заняло дело «Аэрофлота» и «Самолетов Сухого». Цена иска в два миллиарда, основанная на ковенанте, удивила много экспертов. Это подтверждают 30% проголосовавших читателей. В итоге истец удовлетворен отказом суда первой инстанции. Возможно, что маленькая перспектива обжалования истцу была понятна заранее.

На третьем месте снова «Роснефть». На этот раз спор с РБК. Заинтересовались этим делом 14% проголосовавших. Спор отличился суммой иска в 3,2 млрд рублей, а затем мировым соглашением. Спор Сбербанка и «Транснефти» по деривативам получил 13% голосов. Суд разрешал важный вопрос: где предел для клиента, который оспаривает невыгодные сделки. Сбербанк пока выигрывает. Ну и кто-то наконец узнал, что такое деривативы.

Самое «непопулярное», но очень значимое дело связано с башкирской концессией. Несмотря на то что делом заинтересовались 5% опрошенных, его исход ожидали все участники рынка концессии. ФАС России подвергла сомнению модель финансирования концессионного соглашения, в котором предусмотрено полное возмещение затрат концессионера за счет средств бюджета.

Башкирия vs ФАС России

В Законе о концессиях нет ограничений по размеру платы концедента
| Дело № А40-23141/2017 |

ФАС России предписала аннулировать результаты конкурса Госкомитета по транспорту и дорожному хозяйству Башкирии на заключение концессионного соглашения на строительство автомобильной дороги Стерлитамак — Кага — Магнитогорск, по итогам которого победителем был признан ООО «Башкирдорстрой».

Девятый ААС признал законными конкурс и концессии с полным покрытием за счет бюджета. Суд также отметил, что включение в конкурсную документацию требований о наличии опыта финансирования преследует цель выявить риск неисполнения концессионного соглашения со стороны концессионера на более ранних этапах.

Екатерина Смирнова,
Московская коллегия адвокатов «Яковлев и Партнеры»

Антимонопольная служба признала не соответствующим требованиям закона концессионное соглашение на финансирование, строительство, реконструкцию и эксплуатацию автомобильной дороги в Республике Башкортостан. Ключевой вопрос спора — возможно ли заключение концессионного соглашения с условием о полном возмещении затрат концессионера за счет средств бюджета или такое условие фактически стирает границу между государственными закупками и концессией? Суд первой инстанции согласился с регулятором и признал ненормативный акт законным, тогда как апелляция решение отменила, указав, что Закон о концессиях не предусматривает никаких ограничений по размеру платы концедента. Кассационная жалоба не подавалась.

Алексей Костоваров,
Линия права

Дело можно признать самым громким для довольно молодого рынка концессий. В отличие от других это дело не касается частных вопросов, а затронуло основополагающий вопрос — о правомерности примененной в этой концессии модели финансирования. ФАС России подверглась резкой критике со стороны участников рынка концессий, что в определенной степени вполне обоснованно, принимая во внимание, что обсуждаемая в этом деле модель финансирования уже неоднократно применялась и применяется. С другой стороны, такая активность регулятора привела к развитию законодательства о концессионных соглашениях, что дало положительный эффект вмешательства надзорного органа. Все же желательно, чтобы такие судьбоносные вопросы для отдельных сфер поднимались ФАС России не в рамках отдельного антимонопольного разбирательства, а выносились на публичное обсуждение и прорабатывались с профессиональным сообществом. Дело стало причиной реформы законодательства в части разграничения концессионных соглашений и иных договорных форм в зависимости от модели финансирования — в настоящее время обсуждается несколько законопроектов по этому вопросу.

ПАО «Транснефть» vs ПАО «Сбербанк России»

Истец не доказал, что ответчик намеревался причинить вред истцу, и «заведомую недобросовестность» ответчика
| Дело № А40-3903/17-55-23 |

ПАО «Транснефть» и ПАО «Сбербанк России» заключили сделку валютного опциона с применением барьерного отлагательного условия (подтверждение от 27.12.2013). Дата истечения срока сделки 18.09.2015. 01.12.2014 курс рубля к доллару США превысил барьер по сделке. На дату истечения срока сделки курс был 66,0075000 рубля за 1 доллар США. Сбербанк известил об этом «Транснефть». 21.09.2015 «Транснефть» произвело платеж по опциону в размере 66,9 млрд рублей. Более чем через год, в декабре 2016 года, «Транснефть» обратилось в АС Москвы с иском к Сбербанку с требованием признать сделку недействительной и применить последствия недействительности в виде двусторонней реституции.

Иван Тертычный,
адвокатское бюро «Тертычный Агабалян»

Дело затронуло два важных правовых вопроса для финансового рынка: где лежит предел возможностей клиента по оспариванию невыгодных для него сделок и каков «золотой стандарт» раскрытия банком клиенту информации о рисках деривативных сделок. По первому вопросу суд апелляционной инстанции поставил во главу угла тот факт, что действия «Транснефти» по сделке явно давали Сбербанку основания полагаться на ее действительность, и на этом основании оставил сделку в силе. Что касается стандарта раскрытия информации о рисках деривативных сделок, в России детального регулирования по данному вопросу на законодательном уровне нет. На отраслевом уровне предпринимаются попытки создать единые стандарты. Тем не менее апелляционный суд посчитал, что стандарт раскрытия в декларации о рисках Сбербанка достаточен для сделок подобного рода. Стоит ожидать, что рынок постепенно примет близкий к подходу Сбербанка стандарт раскрытия. Позиция апелляции по делу явно исходит из необходимости придать предсказуемость гражданскому обороту на рынке деривативов. Надо дождаться позиции судов кассационной инстанции — если позиция поменяется в пользу «Транснефти», это будет плохим сигналом для финансового рынка.

Алексей Костоваров,
Линия права

Вопрос выходит за рамки рынка деривативов и заключается во взаимоотношениях профессионального участника рынка и его контрагента, который профессионалом не является, но может выглядеть таким. Начиная с того, кто и в силу каких обстоятельств может быть признан профессионалом, и заканчивая тем, как и в каком объеме профессиональный участник должен информировать своего непрофессионального контрагента. Идея защиты слабой стороны была закреплена еще в постановлении Пленума ВАС от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах», и вот она получила свое полноценное развитие. Вероятно, в дальнейшем такие споры сформируют стандарты поведения профессиональных участников. На рынке производных финансовых инструментов это дело станет прецедентным: от выводов судов зависит не столько стабильность на рынке, сколько перспективы его развития. Еще несколько частных проблем были подняты в этом споре. Немаловажна тема применения эстоппеля в спорах о недобросовестности. В этом деле апелляционный суд применил его, указав на добросовестные действия ответчика по изменению условий сделки в лучшую для истца сторону. Суд провел четкую грань между ничтожными и оспоримыми основаниями недействительности сделок.

ПАО «НК „Роснефть“» vs РБК

Спор о деловой репутации закончился мировым соглашением. У первой инстанции и апелляции — разные мнения
| Дело № А40-97503/16-5-834 |

«Роснефть» обратилась в суд с иском о защите деловой репутации и взыскании репетиционного вреда в размере 3,179 млрд рублей. Повод для обращения в суд — два материала. Первый опубликован на интернет-сайте rbc.ru 11 апреля 2016 года под заголовком «Сечин попросил правительство защитить „Роснефть“ от BP». Второй — телепередача «РБК.рынки» с Константином Бочкаревым с текстовой заставкой «И. Сечин попросил правительство защитить „Роснефть“ от ВР» в эфире телеканала «РБК-ТВ».

Ответчики по иску — учредитель «www.rbc.ru» ООО «БИЗНЕСПРЕСС» и авторы статьи Максим Товкайло, Тимофей Дзядко и Людмила Подобедова, а также ЗАО «РБК-ТВ» с телеведущим Кириллом Бочкаревым, в программе которого обсуждалось содержание статьи.

Юлия Карпова,
партнер, руководитель судебной практики «Инфралекс»

В рассматриваемом деле суд оценивал распространенные сведения на предмет того, являются ли они порочащими деловую репутацию, не только на основании заключения эксперта, как это обычно происходит при рассмотрении подобных дел, но и самостоятельно, по своему внутреннему убеждению. Важно, что такие вопросы, которые не всегда требуют специальных познаний, начинают оцениваться судом самостоятельно, без инициирования зачастую длительных процедур судебных экспертиз. Это способствует процессуальной экономии. По нашему мнению, дело иллюстрирует, что до настоящего времени не сформулированы четкие критерии для установления факта причинения репутационного вреда и определения размера его компенсации. Мы думаем, что отсутствие таких критериев, формирование практики по пути отказа в удовлетворении требований о взыскании компенсации или по пути взыскания такой компенсации в незначительном размере не способствуют «сдерживанию» распространения сведений, которые порочат деловую репутацию, не обеспечивают надлежащую защиту интересов лиц, в отношении которых распространяются такие сведения.

Тимофей Щербаков,
директор по юридическим вопросам холдинга РБК

РБК отказался раскрывать источники информации, сохранив верность редакционной догме работы с материалами, несмотря на угрозу 3-миллиардной компенсации. Сами сведения, распространенные РБК, суд признал недостоверными и порочащими. Но что именно было порочащим, суды уточнять не стали. Более того, материал не содержал каких-либо прямых указаний на нарушение законодательства, эти выводы делались опосредованно истцом и привлеченными им экспертами. Это важный момент, в деловых СМИ материалы проверяются на потенциальные юридические риски. В ситуации, когда текст не содержит очевидных маркеров вреда деловой репутации, но они могут возникнуть при толковании материала, внутренними ресурсами медиакомпании предусмотреть такие риски затруднительно. Не был доказан и вред деловой репутации истца, в связи с чем апелляция в удовлетворении финансовых требований отказала полностью. Стороны спора заключили мировое соглашение — к чему всегда призывает Президент России, который, кстати, был в курсе рассмотрения иска «Роснефти» к РБК и высказывался на этот счет: «То, что пресса пощипывает чиновников и крупный бизнес, это хорошо».

«Аэрофлот» vs «Гражданские самолеты Сухого»

Выплата компенсации без встречного представления является ничтожной сделкой
| Дело А40-96469/2017 |

«Аэрофлот» предъявил к «Гражданским самолетам Сухого» требование о взыскании убытков в размере 2 082 346 480 рублей и 16 538 346 рублей 38 копеек процентов. По договору поставки реактивных самолетов в лизинг между ГСС и «Аэрофлотом» авиакомпания должна была получить субсидии из федерального бюджета на уплату лизинговых платежей за самолеты в соответствии с постановлением Правительства от 26.06.2002 № 466. Стороны договорились, что, если субсидии не будут получены, что и произошло, их должен будет компенсировать производитель. Поскольку ГСС не исполнил обязанность по субсидиям, «Аэрофлот» предъявил иск о взыскании убытков.

Лина Тальцева,
адвокатское бюро «Казаков и Партнеры»

Дело выглядит нетривиальным по нескольким причинам. Во-первых, цена иска превышает 2 млрд и при этом истец остался вполне удовлетворен отказом суда первой инстанции. Какой из этого напрашивается вывод? Только тот, что сам истец посчитал обжалование малоперспективным. Во-вторых, требование ПАО «Аэрофлот» основывается на неисполнении ковенанты — обязательства АО «Гражданские самолеты Сухого» «принять меры для получения субсидий из федерального бюджета для компенсации лизинговых платежей». При этом весьма любопытно, что данная ковенанта была дополнена в договоре указанием на то, что именно АО «Гражданские самолеты Сухого» было обязано компенсировать ПАО «Аэрофлот» «максимально допустимый действующим законодательством Российской Федерации размер субсидий». В-третьих, ответчик указывал, что спорное обязательство содержалось в договоре, действие которого было прекращено соглашением сторон, и он фактически не исполнялся. Однако суд не оценил данное обстоятельство, а отказал в удовлетворении требований на том основании, что ковенанта являлась притворной сделкой, которая не влечет юридических последствий.

Артур Рохлин,
партнер «Инфралекс»

Наша компания успешно представила интересы АО «Гражданские самолеты Сухого». Спор затронул вопросы реализации мер государственной поддержки российской авиапромышленности, их полноты и эффективности. ПАО «Аэрофлот» рассчитывало компенсировать часть своих затрат на приобретение 10 самолетов SSJ-100 за счет субсидий из федерального бюджета. Однако в бюджете так и не были предусмотрены субсидии для воздушных судов, приобретенных после 2010 года. Суд отказал в удовлетворении требований ПАО «Аэрофлот» в полном объеме. Интересно, что суд не ограничился применением норм права — в основу решения положена позиция КС о невозможности обусловить обязательства контрагента действиями органов власти. Суд пришел к выводу, что невозможно поставить выплату АО ГСС в пользу ПАО «Аэрофлот» денежных средств под условие о принятии или непринятии органами государственной власти решения о выделении субсидий. Учитывая, что зачастую российские предприниматели ставят обязательства в договорах в зависимость от принятия госорганами решений, нельзя исключать масштабный пересмотр подходов предпринимателей и судов к подобным условиям договоров.

«Роснефть» vs АФК «Система»

Это не противостояние правовых позиций, а битва за здравый смысл
| Дело А07-14085/2017 |

23 августа 2017 года арбитражный суд Башкирии взыскал с ПАО «АФК „Система“» и АО «Системы-Инвест» 136,4 млрд рублей.

В 2014 году Арбитражный суд Москвы удовлетворил иск Генпрокуратуры РФ и, признав приватизацию «Башнефти» незаконной, вынес решение изъять со счетов АФК «Система» и ЗАО «Система-Инвест» 71% акций компании «Башнефть» и передать их в федеральную собственность (дело № А40-155494/14). 12.10.2016 ПАО «НК „Роснефть“» приобрело у Росимущества 50,08% акций общества «Башнефть» и, реализуя свои права акционера, обратилось с иском о возмещении обществу «Башнефть» выявленных в результате аудита убытков, причиненных ответчиками в ходе проведенной реорганизации общества «Башнефть» в период с 2010 по 2014 год.

Сергей Савельев,
юридическая фирма «Saveliev, Batanov & Partners»

Кейс запомнился юридическими заключениями видных российских правоведов, которые были написаны в пользу той стороны, которая ее заказывала. Поскольку заключения с противоположными выводами по одним вопросам, то можно предположить, что как минимум половина из них предвзятая. Хочется надеяться, что репутация видных ученых в итоге не пострадала, хотя часть юридического сообщества неодобрительно отнеслась к этой ситуации. В ряде юридических кругов считается моветоном сотрудничество с такими компаниями, как «Роснефть», тем более в деле с такой яркой политической окраской.

Спор заметен и беспрецедентной ценой иска — 170,6 млрд рублей. Конечно, исков с такими суммами российские суды еще не рассматривали.

Надо отметить, что в кейсе поставлен перед судами ряд совершенно новых проблемных правовых вопросов. Иск был заявлен очень смелый, такой, который дозволен разве что Юпитеру, но никак не дозволен быку.

Алиса Аверина,
представитель АО «Система-Инвест»

Убытки в результате погашения обществом собственных акций и перевод суммы убытка в доллары по курсу на дату возникновения с последующим обратным пересчетом в рубли по курсу на текущую дату по причине того, что в 2014 году любой разумный обладатель денег перевел бы их в валюту — не многие правовые химеры, появившиеся в результате рассмотрения спора. На их фоне отсутствие у «Роснефти» права на иск, пропуск срока исковой давности и наличие в деле мнений десятка квалифицированных экспертов, единогласно утверждающих отсутствие убытка в результате реорганизации «Башнефти», кажутся не самыми важными вопросами. На глобальные вопросы дела суд дал краткий ответ: недобросовестность. Суд пояснил, что АФК «Система» 10 лет знало о незаконности владения «Башнефтью» и готовилось к изъятию акций в пользу государства, выкачивая из предприятия деньги. Как этот вывод можно соотнести с кратным увеличением капитализации «Башнефти» за время нахождения в собственности «Системы», остается загадкой. Формирование практики, которую задала первая и апелляционная инстанции, может привести к большому числу злоупотреблений со стороны участников иных процессов и появлению аналогичных споров.